Братья Карамазовы.
Наверное,
сейчас крамолу скажу, но, тем не менее, именно этот спектакль в свое время
надолго отвернул меня от театра Франка. Впечатление
от замечательной постановки Юрия Одинокого оказалось настолько сильным и
тяжелым, что лет на семь-восемь уютное здание на площади у фонтана просто
перестало для меня существовать :( До сих пор об этом жалею, но почему-то произошло именно
так.
Тяжесть
душевная и негатив были четко персонифицированными, их олицетворял Иван Карамазов.
Безусловно, это одна из лучших ролей Алексея Богдановича, но вот бывает же так:
блестящая актерская работа поражает на столько, что не только самого актера
перестаешь воспринимать в других ипостасях, а и весь театр в придачу… Искренне
каюсь, но это про меня.
Не могу сказать, что я не в меру
эмоциональный или излишне впечатлительный зритель – вовсе нет! Я, барышня
тренированная очень разными кино- и театральными постановками. Но есть в моем
восприятии несколько прекрасных актеров, за личностями которых, не смотря на
множество замечательных очень разноплановых ролей, стоят тени образов, вызвавших
сильное негативное впечатление. Юрий Богатырев для меня (как ни печально), в
первую очередь, Ромашка из «Двух капитанов»
по Вениамину Каверину, а Андрей Болтнев – Кротов из «Противостояния»
Юлиана Семенова. Вот и Алексей Богданович воспринимался долгое время
исключительно, как Иван Карамазов.
Нет,
Карамазов, в отличие от вышеперечисленных героев, вовсе не отрицательный
персонаж – я это понимаю! Конечно же, как все советские старшеклассники, я читала роман Достоевского (кстати сказать,
без энтузиазма и особых эмоций). Более того, писала кучу программных сочинений
на тему «идейное значение образа Ивана Карамазова» или
«нравственные устои общества конца ХІХ
века», которые так неистово изобличал бунтарь, атеист и философ Иван Карамазов.
А
вот в спектакле… Хотела написать «зацепило», нет! Не зацепило, вывернуло
наизнанку, душу вынуло! Все те же, не новые, размышления о жизни, ценностях, морали
и гармонии в исполнении блестящего актерского состава надолго разобрали меня на
эмоционально заряженные составные части, которые никак не хотели собираться
обратно в единое целое… И, конечно, главным разрушительным эффектом для моих
нервов оказался средний из братьев Карамазовых - Иван.
Монолог
о слезе ребенка, рассказ о малыше, затравленном собаками и о зверствах турков в
Болгарии… Я не знаю, как описать чувства, которые я испытывала, когда
Алексей Богданович проживал это на
сцене! Именно проживал, я не подберу
другого слова! Из партера мне были хорошо видны глаза человека, который пропускал
через себя каждое слово, который каждым движением, каждым мускулом, каждым дыханием
своим живописал эти ужасные картины перед юным, неискушенным Алешей и обомлевшим зрителем...
Конечно,
наверняка, мои переживания усиливали собственные материнские чувства (моим
детям было примерно 3 и 7 лет) и это утраивало эффект. Но из театра я вышла совершенно
разбитая, с огромной тяжестью на душе и засевшими в голове словами Ивана
Карамазова о слезах ребеночка к Боженьке… Даже сейчас, когда я пишу эти строки,
ком подкатывает к горлу и очень живо всплывают в памяти безумные, глядящие в
никуда, наполненные болью и слезами глаза Алексея Богдановича…
Снимаю
шляпу перед актерским мастерством! Это было
не просто сильно, это было, по-настоящему впечатляюще! Вот только я до сих пор
не могу понять, как??? Как в таком материале оставаться самим собой? Как
восстановиться после такого спектакля!!! Как раз за разом выходить на сцену и
проживать это снова и снова???
Мне,
как зрителю, чтобы восстановиться понадобилось без малого 10 лет. Катарсис ли
это – не знаю и совершенно не уверена в том, что если бы постановка Одинокого
до сих пор шла на подмостках, то я решилась бы посмотреть ее вновь. Боюсь, не
хватило бы мужества… Но это мое впечатление, которое, не смотря ни на что,
дорого мне!
P.S. И пусть
катится ко всем чертям мировая гармония, если она будет построена хотя бы на
одной детской слезинке!
